Французская эскадра в Восточном Средиземноморье как следствие обострения отношений с Анкарой

Турецкая «многовекторность» и «армянский вопрос»

Наблюдатели в Ереване с интересом отслеживают ситуацию, складывающуюся в последние месяцы во французско-турецких отношениях. Напомним, 10 июля прошлого года МИД Армении осудил попытки Анкары продолжить бурильные работы на северо-востоке Кипра. По мнению Еревана, последовательные провокационные действия Анкары в зоне восточного Средиземноморья ставят под угрозу безопасность и стабильность в регионе.

В тот же день МИД Франции выразил солидарность с Республикой  Кипр после того, как Турция объявила о новых буровых работах в восточной части Средиземного моря, включая районы в пределах исключительной экономической зоны Кипра. На Кэ д’Орсе (Quai d’Orsay) подчеркнули: «Мы призываем Турцию избегать любых действий, которые противоречат закону и ставят под угрозу региональную стабильность».

В ответ глава внешнеполитического ведомства дел Турции Мевлют Чавушоглу призвал Францию пересмотреть свои отношения с курдскими «Силами народной самообороны» (СНС), которые Анкара считает сирийской ветвью Рабочей партии Курдистана. В апреле прошлого года турецкие СМИ много писали о том, что президент Франции Эммануэль Макрон принял представителей СНС, заверяя их в поддержке Франции в борьбе против ИГИЛ (запрещена в РФ).

Отметим кратко также ряд других моментов, демонстрирующих растущие проблемы в двусторонних отношениях между двумя союзниками по Североатлантическому альянсу. Помимо вышеупомянутой ситуации в Восточном Средиземноморье и благосклонности Парижа к сирийским курдам, Париж, наряду с Берлином, по-прежнему блокирует продвижение Турции по пути к членству в Европейском союзе. Франция критикует турок в вопросе ситуации с правами человека, в особенности нетерпимости к журналистам независимых и оппозиционных изданий, получая в ответ осуждение действий полиции, пытающейся разгонять протесты «желтых жилетов». Кроме того, министерство образования Франции препятствует открытию в стране турецких школ, при наличии в стране около 700 тысяч граждан турецкого происхождения. В Париже опасаются того, что Турция через своё посольство возьмет эти школы по свой патронаж и внесет в образование французских граждан турецкого происхождения элементы «неоосманской» политико-идеологической доктрины.

В 2016 году Сенат Франции принял законопроект «Равенство и гражданство» о криминализации отрицания ряда преступлений против человечества, включая Геноцид армян в Османской империи (ряд его положений аннулирован Конституционным судом). В свою очередь, отрицающая факт Геноцида Турция напоминает Парижу о его «колониальной политике» в Алжире. В октябре 2019 года, после начала операции Вооружённых сил Турции «Источник мира» на севере Сирии, Франция потребовала созвать по этому поводу Совет Безопасности ООН. Помимо Сирии, Турция планомерно наращивает своё влияние в Ливии, где Париж также имеет традиционные интересы. «Основная ответственность за все проблемы в Ливии, начавшиеся после кризиса 2011 года, лежит на Франции», – уверен представитель МИД Турции Хами Аксой, имея в виду инициированное французами вмешательство во внутренние дела североафриканской страны, приведшее после жестокого убийства Муамара Каддафи к развалу государства и многолетнему вооружённому кризису.

Впрочем, поддерживая обосновавшееся в Триполи так называемое «Правительство национального согласия» (ПНС) во главе с Ф. Сараджем и отправляя ему оружие взамен на энергоресурсы, Турция получает немалую выгоду. По мнению российских экспертов, Ливия является лакомым куском не только для турецкой внешней политики, но и для активно развивающегося военно-промышленного комплекса. Расследование Федерального агентства новостей выявило масштабный характер поставок оружия из Турции боевикам «ПНС», прямо связанным (как и в Сирии) с международными террористическими группировками. Только с мая по ноябрь 2019 года турецкая сторона поставила режиму Триполи оружия на 570 млн 442 тысячи 825 евро, об этом свидетельствуют официальные документы. Ливия – плацдарм для проникновения турецкого ВПК в Африку, включая страны французской постколониальной «орбиты», традиционно входящие в сферу влияния Парижа и французских военных компаний.

Наконец, ратификация в декабре 2019 года турецким парламентом так называемого меморандума с «ПНС» о разграничении морских зон на Средиземном море, как и само подписание этого документа, спровоцировало международный скандал. В случае реализации договоренностей между Анкарой и Триполи, часть греческой исключительной экономической зоны отходит Турции. Это делает проблематичным реализацию части нефтегазовых проектов в Восточном Средиземноморье. Официально текст меморандума о морских границах не публиковался, однако отражающие сомнительные договоренности карты появились в турецких СМИ. Соглашение напрямую затрагивает интересы не только Кипра и Греции и других стран Восточного Средиземноморья (Египет, Израиль, Ливан, Иордания), но также Франции и Италии. Надо полагать, именно оно способствовало отправке правительством Макрона в Восточное Средиземноморье военных фрегатов с целью противостоять заявленному утверждению здесь Турции.

Об этом было демонстративно объявлено 4 февраля  в ходе совместной пресс-конференции Макрона с премьер-министром Греции К. Мицотакисом и после резкой критики французским лидером политики Анкары: «Я  хочу выразить озабоченность поведением Турции в этот момент. На протяжении последних дней мы видели, как турецкие военные корабли доставляли в Ливию сирийских наемников. Это ярко выраженный и серьезный подрыв наших договоренностей, достигнутых в Берлине». Разумеется, глава греческого правительства приветствовал решение Парижа, назвав французские корабли «гарантами мира» и заявив, что две страны «преследуют новые рамки стратегической обороны». «Единственный способ положить конец разногласиям в Восточном Средиземноморье – это международное правосудие», – добавил он после встречи с президентом Франции. В свою очередь, Макрон заявил об установлении сотрудничества с Грецией в области безопасности.

Западные источники не сообщили подробностей французской морской экспедиции и состава морской эскадры, деликатно обходя вниманием факт совместного  членства Турции, Франции и Греции в блоке НАТО. Согласно сообщению агентства «Интерфакс», 5 февраля авианосная ударная группа ВМС Франции во главе с атомным авианосцем Charles de Gaulle («Шарль де Голль»), вошла в Восточное Средиземноморье и находится на расстояние нанесения авиаударов палубной авиацией по Сирии, что следует из космических снимков европейских спутников Sentinel-2 и Planetscope. На авианосце размещены 18 многоцелевых истребителей-бомбардировщиков Rafale M («Рафаль М»), два самолета дальнего радиолокационного обнаружения E-2C Hawkeye (E-2С «Хокай») и три вертолета. В состав авианосной группы входят два фрегата, ударная атомная подводная лодка, судно снабжения, а также фрегат ВМС Греции. По официальным данным, авианосец вышел в поход с базы в Тулоне 22 января для поддержки французских вооруженных сил, ведущих борьбу с боевиками запрещённой в России террористической группировки «ИГ». Однако не очевидно, что потенциальной целью эскадры является сирийская территория, несмотря на активизацию террористических вылазок поддерживаемых Турцией боевиков в «зоне деэскалации» Идлиб. Реальной целью отправки французской эскадры является демонстрация поддержки Греции и Кипру, и самое важное – стремление всерьез ограничить турецкую активность в Восточном Средиземноморье.

Франция также решила задействовать в своих действиях против Анкары и иной политический инструментарий, а именно – «армянскую компоненту». Так, 29 января, выступая в ходе ежегодного ужина Координационного совета армянских организаций Франции, Макрон коснулся процесса международного признания Геноцида армян, подчеркнув, что Франция уже 19 лет вовлечена в это дело: «Борьба, которую армяне ведут за признание геноцида, является также борьбой против умалчивания и забвения. В вопросе истины существует братство между армянским и французским народами». Президент Франции также подчеркнул, что Турция заложила в основу своей политики ревизионизм, в то время как «никакая большая история не складывается на основе лжи, отрицания и ревизионизма». И далее: «Франция просто обязана быть рядом с Арменией, учитывая демократию, созданную силами очень молодого государства тысячелетней нации, и те успехи, которые сейчас имеются благодаря произошедшей революции». Интересно, что в качестве почетного гостя в мероприятии принял участие также и известный турецкий историк Танер Акчам, который является автором ряда крупных исторических работ по Геноциду армян в Османской Турции.

На следующий день Twitter Европейской армянской федерации за справедливость и демократию сообщил о награждении турецко-армянского депутата Гаро Пайляна (представляющего в турецком парламенте «Партию демократии народов», HDP) мэром Парижа Анн Идальго знаком отличия «la médaille Grand Vermeil» за мужество и готовность рисковать жизнью за демократию и права человека в Турции. Если не забывать о принятии в конце минувшего года обеими палатами Конгресса США «армянских» резолюций, то становится очевидным, что «армянский фактор» востребован и будет активно использоваться западными игроками в противовес «неоосманизму» турецкого президента Эрдогана. Пытаясь напористо играть на всех «досках» одновременно, он всё чаще сталкивается с интересами в сфере безопасности и геоэкономики с такими партнерами и союзниками своей страны, как США, Израиль, Франция, Греция, Италия и другие. «Возродившиеся подчеркнуто теплые отношения Эрдогана с Ангелой Меркель не смогут компенсировать его разрыва с Макроном и большинством государств Евросоюза. Не принесет свои плоды и дальнейшее запугивание ЕС новой волной беженцев», – отмечает один из турецких исследователей, характеризуя общее политическое настроение в Европе по отношению к Турции и её экспрессивному лидеру как «чрезвычайно критичное». На этом фоне взаимодействие между Анкарой и Москвой, не имеющее прочной институциональной основы, видится вынужденным и достаточно часто дает сбои, что ярко характеризует как предельно сложная оперативная ситуация на северо-западе Сирии, так и снижение поставок в Турцию российского природного газа.

В контексте происходящего на Ближнем Востоке, предельно усложняемого конфликтным переплетением интересов в Восточном Средиземноморье, вполне логичным представляется решение Москвы об увеличении почти вдвое боевого потенциала 102-й военной базы в Армении. Директор Института востоковедения Национальной Академии наук Армении, тюрколог Рубен Сафрастян заметил, что США стали считаться с позицией России по стратегическим вопросам. «Развитие событий на Ближнем Востоке явно сигнализирует о том, что нам следует готовиться к любым, даже весьма неожиданным сценариям», – уверен учёный. В свете вышеизложенного, следует полагать, что оставаясь военно-политическим союзником и экономическим партнером России, Армения и далее активизирует свое сотрудничество со странами Восточного Средиземноморья, у которых нарастают проблемы с Анкарой.

Давид Петросян

Заглавное фото: AFP

Источник

В рубрике: Политика Метки: , , , , , ,

Похожие записи:

«Закон Цезаря» помогает Турции османизировать Сирию «Закон Цезаря» помогает Турции османизировать Сирию
Газопровод GIPL: хитрые планы Польши, призрачные мечтания Литвы Газопровод GIPL: хитрые планы Польши, призрачные мечтания Литвы
Кто правит Италией? Кто правит Италией?
Ливия и Восточное Средиземноморье – Турция повышает ставки Ливия и Восточное Средиземноморье – Турция повышает ставки

Добавить комментарий

Submit Comment
© 2017 Политанализ.com. Все права защищены.