Французская эскадра в Восточном Средиземноморье как следствие обострения отношений с Анкарой

Турецкая «многовекторность» и «армянский вопрос»

Наблюдатели в Ереване с интересом отслеживают ситуацию, складывающуюся в последние месяцы во французско-турецких отношениях. Напомним, 10 июля прошлого года МИД Армении осудил попытки Анкары продолжить бурильные работы на северо-востоке Кипра. По мнению Еревана, последовательные провокационные действия Анкары в зоне восточного Средиземноморья ставят под угрозу безопасность и стабильность в регионе.

В тот же день МИД Франции выразил солидарность с Республикой  Кипр после того, как Турция объявила о новых буровых работах в восточной части Средиземного моря, включая районы в пределах исключительной экономической зоны Кипра. На Кэ д’Орсе (Quai d’Orsay) подчеркнули: «Мы призываем Турцию избегать любых действий, которые противоречат закону и ставят под угрозу региональную стабильность».

В ответ глава внешнеполитического ведомства дел Турции Мевлют Чавушоглу призвал Францию пересмотреть свои отношения с курдскими «Силами народной самообороны» (СНС), которые Анкара считает сирийской ветвью Рабочей партии Курдистана. В апреле прошлого года турецкие СМИ много писали о том, что президент Франции Эммануэль Макрон принял представителей СНС, заверяя их в поддержке Франции в борьбе против ИГИЛ (запрещена в РФ).

Отметим кратко также ряд других моментов, демонстрирующих растущие проблемы в двусторонних отношениях между двумя союзниками по Североатлантическому альянсу. Помимо вышеупомянутой ситуации в Восточном Средиземноморье и благосклонности Парижа к сирийским курдам, Париж, наряду с Берлином, по-прежнему блокирует продвижение Турции по пути к членству в Европейском союзе. Франция критикует турок в вопросе ситуации с правами человека, в особенности нетерпимости к журналистам независимых и оппозиционных изданий, получая в ответ осуждение действий полиции, пытающейся разгонять протесты «желтых жилетов». Кроме того, министерство образования Франции препятствует открытию в стране турецких школ, при наличии в стране около 700 тысяч граждан турецкого происхождения. В Париже опасаются того, что Турция через своё посольство возьмет эти школы по свой патронаж и внесет в образование французских граждан турецкого происхождения элементы «неоосманской» политико-идеологической доктрины.

В 2016 году Сенат Франции принял законопроект «Равенство и гражданство» о криминализации отрицания ряда преступлений против человечества, включая Геноцид армян в Османской империи (ряд его положений аннулирован Конституционным судом). В свою очередь, отрицающая факт Геноцида Турция напоминает Парижу о его «колониальной политике» в Алжире. В октябре 2019 года, после начала операции Вооружённых сил Турции «Источник мира» на севере Сирии, Франция потребовала созвать по этому поводу Совет Безопасности ООН. Помимо Сирии, Турция планомерно наращивает своё влияние в Ливии, где Париж также имеет традиционные интересы. «Основная ответственность за все проблемы в Ливии, начавшиеся после кризиса 2011 года, лежит на Франции», – уверен представитель МИД Турции Хами Аксой, имея в виду инициированное французами вмешательство во внутренние дела североафриканской страны, приведшее после жестокого убийства Муамара Каддафи к развалу государства и многолетнему вооружённому кризису.

Впрочем, поддерживая обосновавшееся в Триполи так называемое «Правительство национального согласия» (ПНС) во главе с Ф. Сараджем и отправляя ему оружие взамен на энергоресурсы, Турция получает немалую выгоду. По мнению российских экспертов, Ливия является лакомым куском не только для турецкой внешней политики, но и для активно развивающегося военно-промышленного комплекса. Расследование Федерального агентства новостей выявило масштабный характер поставок оружия из Турции боевикам «ПНС», прямо связанным (как и в Сирии) с международными террористическими группировками. Только с мая по ноябрь 2019 года турецкая сторона поставила режиму Триполи оружия на 570 млн 442 тысячи 825 евро, об этом свидетельствуют официальные документы. Ливия – плацдарм для проникновения турецкого ВПК в Африку, включая страны французской постколониальной «орбиты», традиционно входящие в сферу влияния Парижа и французских военных компаний.

Наконец, ратификация в декабре 2019 года турецким парламентом так называемого меморандума с «ПНС» о разграничении морских зон на Средиземном море, как и само подписание этого документа, спровоцировало международный скандал. В случае реализации договоренностей между Анкарой и Триполи, часть греческой исключительной экономической зоны отходит Турции. Это делает проблематичным реализацию части нефтегазовых проектов в Восточном Средиземноморье. Официально текст меморандума о морских границах не публиковался, однако отражающие сомнительные договоренности карты появились в турецких СМИ. Соглашение напрямую затрагивает интересы не только Кипра и Греции и других стран Восточного Средиземноморья (Египет, Израиль, Ливан, Иордания), но также Франции и Италии. Надо полагать, именно оно способствовало отправке правительством Макрона в Восточное Средиземноморье военных фрегатов с целью противостоять заявленному утверждению здесь Турции.

Об этом было демонстративно объявлено 4 февраля  в ходе совместной пресс-конференции Макрона с премьер-министром Греции К. Мицотакисом и после резкой критики французским лидером политики Анкары: «Я  хочу выразить озабоченность поведением Турции в этот момент. На протяжении последних дней мы видели, как турецкие военные корабли доставляли в Ливию сирийских наемников. Это ярко выраженный и серьезный подрыв наших договоренностей, достигнутых в Берлине». Разумеется, глава греческого правительства приветствовал решение Парижа, назвав французские корабли «гарантами мира» и заявив, что две страны «преследуют новые рамки стратегической обороны». «Единственный способ положить конец разногласиям в Восточном Средиземноморье – это международное правосудие», – добавил он после встречи с президентом Франции. В свою очередь, Макрон заявил об установлении сотрудничества с Грецией в области безопасности.

Западные источники не сообщили подробностей французской морской экспедиции и состава морской эскадры, деликатно обходя вниманием факт совместного  членства Турции, Франции и Греции в блоке НАТО. Согласно сообщению агентства «Интерфакс», 5 февраля авианосная ударная группа ВМС Франции во главе с атомным авианосцем Charles de Gaulle («Шарль де Голль»), вошла в Восточное Средиземноморье и находится на расстояние нанесения авиаударов палубной авиацией по Сирии, что следует из космических снимков европейских спутников Sentinel-2 и Planetscope. На авианосце размещены 18 многоцелевых истребителей-бомбардировщиков Rafale M («Рафаль М»), два самолета дальнего радиолокационного обнаружения E-2C Hawkeye (E-2С «Хокай») и три вертолета. В состав авианосной группы входят два фрегата, ударная атомная подводная лодка, судно снабжения, а также фрегат ВМС Греции. По официальным данным, авианосец вышел в поход с базы в Тулоне 22 января для поддержки французских вооруженных сил, ведущих борьбу с боевиками запрещённой в России террористической группировки «ИГ». Однако не очевидно, что потенциальной целью эскадры является сирийская территория, несмотря на активизацию террористических вылазок поддерживаемых Турцией боевиков в «зоне деэскалации» Идлиб. Реальной целью отправки французской эскадры является демонстрация поддержки Греции и Кипру, и самое важное – стремление всерьез ограничить турецкую активность в Восточном Средиземноморье.

Франция также решила задействовать в своих действиях против Анкары и иной политический инструментарий, а именно – «армянскую компоненту». Так, 29 января, выступая в ходе ежегодного ужина Координационного совета армянских организаций Франции, Макрон коснулся процесса международного признания Геноцида армян, подчеркнув, что Франция уже 19 лет вовлечена в это дело: «Борьба, которую армяне ведут за признание геноцида, является также борьбой против умалчивания и забвения. В вопросе истины существует братство между армянским и французским народами». Президент Франции также подчеркнул, что Турция заложила в основу своей политики ревизионизм, в то время как «никакая большая история не складывается на основе лжи, отрицания и ревизионизма». И далее: «Франция просто обязана быть рядом с Арменией, учитывая демократию, созданную силами очень молодого государства тысячелетней нации, и те успехи, которые сейчас имеются благодаря произошедшей революции». Интересно, что в качестве почетного гостя в мероприятии принял участие также и известный турецкий историк Танер Акчам, который является автором ряда крупных исторических работ по Геноциду армян в Османской Турции.

На следующий день Twitter Европейской армянской федерации за справедливость и демократию сообщил о награждении турецко-армянского депутата Гаро Пайляна (представляющего в турецком парламенте «Партию демократии народов», HDP) мэром Парижа Анн Идальго знаком отличия «la médaille Grand Vermeil» за мужество и готовность рисковать жизнью за демократию и права человека в Турции. Если не забывать о принятии в конце минувшего года обеими палатами Конгресса США «армянских» резолюций, то становится очевидным, что «армянский фактор» востребован и будет активно использоваться западными игроками в противовес «неоосманизму» турецкого президента Эрдогана. Пытаясь напористо играть на всех «досках» одновременно, он всё чаще сталкивается с интересами в сфере безопасности и геоэкономики с такими партнерами и союзниками своей страны, как США, Израиль, Франция, Греция, Италия и другие. «Возродившиеся подчеркнуто теплые отношения Эрдогана с Ангелой Меркель не смогут компенсировать его разрыва с Макроном и большинством государств Евросоюза. Не принесет свои плоды и дальнейшее запугивание ЕС новой волной беженцев», – отмечает один из турецких исследователей, характеризуя общее политическое настроение в Европе по отношению к Турции и её экспрессивному лидеру как «чрезвычайно критичное». На этом фоне взаимодействие между Анкарой и Москвой, не имеющее прочной институциональной основы, видится вынужденным и достаточно часто дает сбои, что ярко характеризует как предельно сложная оперативная ситуация на северо-западе Сирии, так и снижение поставок в Турцию российского природного газа.

В контексте происходящего на Ближнем Востоке, предельно усложняемого конфликтным переплетением интересов в Восточном Средиземноморье, вполне логичным представляется решение Москвы об увеличении почти вдвое боевого потенциала 102-й военной базы в Армении. Директор Института востоковедения Национальной Академии наук Армении, тюрколог Рубен Сафрастян заметил, что США стали считаться с позицией России по стратегическим вопросам. «Развитие событий на Ближнем Востоке явно сигнализирует о том, что нам следует готовиться к любым, даже весьма неожиданным сценариям», – уверен учёный. В свете вышеизложенного, следует полагать, что оставаясь военно-политическим союзником и экономическим партнером России, Армения и далее активизирует свое сотрудничество со странами Восточного Средиземноморья, у которых нарастают проблемы с Анкарой.

Давид Петросян

Заглавное фото: AFP

Источник

В рубрике: Политика Метки: , , , , , ,

Похожие записи:

Греция рвётся заменить Турцию в роли юго-восточного оплота НАТО Греция рвётся заменить Турцию в роли юго-восточного оплота НАТО
Головная боль Запада от политики Эрдогана всё сильнее Головная боль Запада от политики Эрдогана всё сильнее
Азербайджанский газ обходит Россию через Турцию Азербайджанский газ обходит Россию через Турцию
Старые споры о главном Старые споры о главном

Добавить комментарий

Submit Comment
© 2017 Политанализ.com. Все права защищены.