Армении нужен новый подход к отношениям с Беларусью – армянский эксперт

В ходе недавнего рабочего визита в Брюссель премьер-министр Армении Никол Пашинян подчеркнул негативное влияние конфликта с Азербайджаном на привлекательность и развитие страны. Параллельно с этим он предложил пригласить за стол переговоров и представителей Нагорного Карабаха, однако эта инициатива не получила позитивного отклика среди представителей Европейского союза. Как в Армении видят перспективы урегулирования нагорно-карабахского конфликта, по какому сценарию пойдет развитие отношений с Беларусью и насколько заметны изменения, произошедшие в стране с мая прошлого года, в интервью «Евразия.Эксперт» раскрыл кандидат политических наук, старший преподаватель кафедры политологии Российско-Армянского (Славянского) Университета (Ереван) Норайр Дунамалян.

— Господин Дунамалян, в мае прошлого года в Армении произошел процесс смены власти, в результате которого премьер-министром стал Никол Пашинян. Как, на ваш взгляд, поменялась ситуация в стране и поменялась ли она вообще в плане улучшения экономического положения населения, политических векторов?

— С точки зрения политический конъюнктуры изменения произошли довольно значительные, потому что полностью переформатировалось политическое поле – оппозиция пришла к власти, но новой оппозиции как таковой до сих пор не сформировалось. Есть различные политические силы, которые конкурируют между собой за место в оппозиции, как в парламенте, так и вне его, и этому способствуют также политика и программы внутриполитической элиты. Что же касается экономической и социально-экономической ситуации, то прошел еще довольно-таки короткий срок для того, чтобы были продемонстрированы какие-то изменения. А политическая конъюнктура изменилась довольно-таки сильно. Мне кажется, что эти изменения оставили глубокий отпечаток на политической идентичности в Армении.

— А что вы можете сказать о нынешнем рейтинге премьер-министра? Во время парламентских выборов он был очень высоким, сейчас он имеет какие-то тенденции к снижению или же сохраняется?

— Мне кажется, пока рейтинг сохраняется. Есть, конечно, некоторое разочарование, связанное с тем, что темпы изменений снизились. До выборов в декабре были пожелания, связанные с изменением, например, избирательного кодекса, с кардинальными изменениями в некоторых пунктах Конституции, ну и, конечно, главная проблема – это изменение социально-экономического состояния населения.

Населению трудно объяснить, что не получается все так быстро изменить, потому что есть некоторый кадровый голод у правящей партии и политической элиты в целом, есть проблемы с ресурсами, и есть просто неопытность, которую можно преодолеть только с практикой.

— Недавно делалось заявление о том, что вскоре возможна встреча Алиева с Пашиняном по карабахскому вопросу. Если эта встреча действительно состоится, насколько, как вы думаете, реально решение карабахского вопроса в течение этого года?

— Главным образом это зависит от позиции сторон, а позиции сторон в данном случае противоположные. Переговоры нужны в первую очередь для того, чтобы сохранить мир. Для армянской стороны важно также утвердить позиции, которые были до этого и уточнить их, а для азербайджанской стороны, я думаю, важно провести разведку политической позиции и взглядов истеблишмента Армении.

Какого-то решения карабахской проблемы, я думаю, не предвидится в ближайшие годы, и зависит это не только от Армении и Азербайджана, но и от глобальной конъюнктуры в том числе.

— В этом году Армения председательствует в Евразийской экономической комиссии. Повестка на этот год очень обширная и довольно интересная, туда входят такие позиции, как логистика и электронное отслеживание движения различных товаров и транспорта, а также IT-сфера и цифровые технологии, цифровая экономика в том числе. Насколько успешным будет председательство Армении в ЕЭК? И насколько в самой Армении развивается сфера цифровой экономики и IT-сфера?

— Судя по тому, что я знаю, IT-сфера в Армении развивается довольно быстро, но это явно не сфера инвестиций. Есть определенное количество людей (несколько тысяч человек) в данной сфере, но они также могут довольно гибко работать везде, то есть и в Армении, и в других странах. А для того, чтобы привлекать инвестиции, необходимо развитие промышленности, в том числе тяжелой.

Для Армении очень важно повысить свой престиж среди стран евразийского пространства, потому что после смены власти между политическими элитами есть большое количество вопросов к новому правительству.

— И даже небольшая опаска, наверное?

— Да, потому что все-таки новое поколение, можно сказать, пришло к власти у нас с иными взглядами, иными программами во внутренней политике. Это новые люди, с которыми еще не работали политические элиты Беларуси, России, Казахстана и других стран. Поэтому для Армении очень важно повысить свой престиж в Евразийском союзе и в Евразийской экономической комиссии, в том числе с точки зрения предложения новых проектов.

И еще один пункт связан с Ираном. Армения – непосредственный сосед Ирана и единственная страна ЕАЭС, граничащая с Ираном. После вхождения Ирана в зону свободной торговли нужно активизировать также и это направление. Первая встреча Хасана Рухани и Никола Пашиняна состоялась в ООН, потом была встреча 27 февраля, на которой обсуждалась в том числе и проблема ЕАЭС (какие будут уровни сотрудничества). Есть еще один аспект, связанный с транзитом, например, газа. Для того, чтобы он стал возможен, надо наладить связь между тремя странами (Иран, Армения, Грузия), что пока что тоже проект нереализованный.

— То есть можно сказать, что Армения выполняет роль своеобразного посла ЕАЭС в странах Ближнего Востока. С Ираном все относительно понятно – существует зона свободной торговли и активно говорится о сотрудничестве. Какие еще страны Ближнего Востока, на ваш взгляд, могут, подобно Ирану, подключиться к таким проектам, как, например, зона свободной торговли с ЕАЭС через Армению?

— Пока что надо отметить, что инфраструктура не отлажена даже с тем же Ираном, и будет очень опасно вводить новые страны. Есть еще проблема, состоящая в том, что если будет проходить транзит через Армению, то надо договариваться в том числе с Грузией, возможно, с Европейским союзом. Как известно, есть у Казахстана такая позиция, что Турцию надо пригласить, но вряд ли Армения станет послом в Турцию, а другие ближневосточные страны я не могу назвать.

— В Евразийском экономическом союзе бытует мнение, что Армения меньше других участников интересуется евразийской интеграцией, так как у Еревана очень тесные связи с Европейским союзом. Как Армении удается поддерживать баланс?

— Для физического выживания населения Армении и для существования ее экономики необходимы различные источники формирования ресурсов.

Если участие Армении в ЕАЭС выполняет определенную функцию, связанную с таможенными пошлинами и налаживанием экономических связей, главным образом с Россией, во вторую очередь – с Казахстаном, Беларусью, Кыргызстаном, то сотрудничество с Евросоюзом выполняет другую функцию, связанную с реформами, например, в сфере здравоохранения или в сфере развития демократических институтов.

То есть присутствует определенная диверсификация и разделение функций. Что же касается того, что есть недоверие к ЕАЭС, то в октябре 2018 г. перед выборами Армянской ассоциацией социологов был проведен соцопрос, в ходе которого 79% населения страны проголосовало за то, что вхождение Армении в ЕАЭС – положительный опыт, который будет иметь положительный эффект для Армении. 75% населения, если не ошибаюсь, проголосовали также за то, что и сотрудничество с ЕС имеет положительный эффект для Армении.

Когда мы говорим об Армении в ЕАЭС, надо понимать, что в общественном сознании выводится картинка отношений главным образом с Россией и с Беларусью. И, в общем-то, так и есть, потому что главным экономическим партнером является именно Россия, и те отношения, которые формируются с Россией, проецируются на весь ЕАЭС. Еще один аспект заключается в том, что экономические программы и проекты, которые проводятся в ЕАЭС, например, цифровизация, общее таможенное пространство, общее пенсионное пространство, не демонстрируются населению через СМИ. Главные проблемы, связанные с ЕАЭС – именно политические, то есть политические темы все время муссируются в СМИ, а экономические вопросы (главные проблемы для ЕАЭС) не имеют большого распространения.

— У Армении с Россией очень тесные связи, так как Россия для Армении является большим рынком труда и ресурсов. А как воспринимают в армянском обществе Беларусь?

— Если говорить о ситуации с продажей Беларусью «Полонезов» Азербайджану, то это воспринимается однозначно негативно в Армении. Что же касается процессов в ОДКБ, то, опять же, есть некоторые противостояния, потому что ни одна из сторон не хочет имиджевых потерь на этом поле. Мне кажется, что год еще, если не два, будет продолжаться этого процесс, пока пост не перейдет к представителю Беларуси.

Еще одна проблема в отношениях с Минском состоит в том, что во внешней политике Армении нет конкретного подхода к двусторонним отношениям с Беларусью и нет понимания того, почему Беларусь, например, продает вооружение Азербайджану.

Если с Россией мы уже постепенно как-то состыковали эти позиции, и понимание есть (не обязательно все воспринимается позитивно, но понимание есть), то в отношении Беларуси нет понимания того, почему армяно-белорусские отношения важны для нас. Мне кажется, что после этих событий, связанных с негативной коннотацией, возможны и положительные изменения, потому что стороны хотя бы начали взаимодействовать. Возможно, в будущем это станет основой для тесного сотрудничества, потому что есть спрос на формирование внешнеполитических подходов в отношениях как с Беларусью, так и с Казахстаном (с которым также есть большие проблемы в этой сфере) и с Кыргызстаном. Некоторые считали, что после «бархатной революции» уровень связей с Кыргызстаном (такой же «бурлящей» страной, если можно так выразиться) повысится, но все упирается в то, что мы изолированы в нашем регионе, и наши внешнеполитические подходы также ограничены регионом. Никол Пашинян вносит глобальные смыслы во внешнюю политику Армении, которые пока, правда, не реализуются, но сам факт того, что есть подобные заявления, может повлиять на развитие программы правительства и стратегии внешней политики.

— Если говорить о ситуации со сменой генсека ОДКБ, как население Армении сейчас воспринимает факт того, что председательствовать будет Беларусь?

— В начале этого процесса, когда начали заводить дело против Хачатурова, было понимание того, что это вопрос справедливости в первую очередь, посыл шел из внутренней политики, но это повлияло в итоге и на политику внешнюю (можно сказать, что это связано с ошибками, неопытностью и так далее, но это другой вопрос). В обществе тогда сформировался некоторый тренд негатива по отношению к тому, что это наш пост до 2022 г., и мы его должны удержать, неважно кто будет (была кандидатура бывшего министра обороны).

Во время предвыборной кампании и после выборов 9 декабря Никол Пашинян делал заявления о том, что мы будем бороться за пост генсека, но эта должность не так для нас важна, насколько важны изменения в ОДКБ, развитие отношений между государствами.

То есть был сделан шаг назад, скажем так. И было еще одно интервью секретаря Совета безопасности Армении Армена Григоряна, в котором он также отметил, что пост генсека не так важен по сравнению с позицией страны в ОДКБ. Таким образом, позиция была изначально довольно-таки радикальной, но она смягчилась, и, возможно, это станет основой для компромисса и диалога между государствами.

— В ходе недавнего рабочего визита Пашиняна в Брюссель он озвучил ряд предложений по Карабаху. Как вы считаете, почему в Евросоюзе их не приняли? Какова позиция ЕС по этому вопросу?

— Начнем с того, что есть только одна площадка, которая может формулировать новые предложения в вопросе урегулирования нагорно-карабахского конфликта – Минская группа ОБСЕ. В этом смысле позиция ЕС не так важна, так как традиционно здесь доминирует идея сохранения переговорного формата в рамках обсуждения «Мадридских принципов» урегулирования карабахского конфликта. Другое дело, что эта позиция созвучна недавнему заявлению Минской группы ОБСЕ, повторяющему основные «Мадридские принципы».

Позиция Никола Пашиняна касается, прежде всего, включения Республики Арцах (Нагорно-Карабахской республики) в процесс переговоров. Но это ни в коем случае не означает отказа Армении представлять интересы арцахской стороны в переговорах. Кроме того, хотелось бы отметить, что никаких кардинальных изменений в переговорном процессе, как я уже отмечал, не предвидится, так как позиции сторон конфликта остаются прежними. Все элементы происходящего сегодня процесса присутствовали всегда, а заявления о «прорывах» служат поводом для привлечения внимания в СМИ и внутренней аудитории.

Норайр Дунамалян

Заглавное фото: Sputnik

Источник

В рубрике: Точка зрения Метки: , , , ,

Похожие записи:

Промышленные кластеры способны укрепить экономическое пространство ЕАЭС Промышленные кластеры способны укрепить экономическое пространство ЕАЭС
Если в Минске правильно воспримут импульс из Москвы, дело пойдет Если в Минске правильно воспримут импульс из Москвы, дело пойдет
Беларусь подключится к освоению Арктики – эксперт Беларусь подключится к освоению Арктики – эксперт
Системы навигации разделят мир на две зоны влияния Системы навигации разделят мир на две зоны влияния

Добавить комментарий

Submit Comment
© 2017 Политанализ.com. Все права защищены.