Уйти, но остаться в ЕС: Brexit и ирландский вопрос

Как ни странно, объединение Ирландии может произойти даже несколько раньше, чем мы ожидаем. Brexit навсегда меняет конфигурацию ЕС. То, что не принималось во внимание по обе стороны Ла-Манша, в конечном счёте может изменить конфигурацию Великобритании. И мы сможем наблюдать закат Северной Ирландии как провинции Великобритании и зарю объединённой Ирландии.

В последние дни подготовки к референдуму о членстве Великобритании в ЕС на первый план вышел так называемый шотландский вопрос. Что произойдёт, если Шотландия решительно проголосует за то, чтобы остаться в Европейском союзе, а остальная часть Великобритании проголосует за то, чтобы уйти? Проиграв референдум о независимости за два года до этого, потребует ли шотландское правительство нового референдума, чтобы остаться или воссоединиться с ЕС?

Как оказалось, особое внимание к Шотландии было напрасным, возможно, из-за типичной человеческой склонности оглядываться назад, а не смотреть вперёд. Шотландия действительно голосовала иначе, чем Англия, в соотношении 63–38 процентов за то, чтобы остаться в ЕС, в то время как перевес сторонников Brexit в Англии составил 53–47 процентов, а в Великобритании в целом всего 52–48 процентов. И хотя в Эдинбурге серьёзно ворчали по поводу итогов референдума, там не стали требовать немедленного проведения второго референдума о независимости. Реальную проблему представляет Северная Ирландия.

Как и Шотландия, Северная Ирландия проголосовала за то, чтобы остаться в Европейском союзе. Но сложности возникают не только из-за итогов голосования, а прежде всего из-за того, что Северная Ирландия имеет сухопутную границу – единственную сухопутную границу Великобритании – с Ирландией, которая является верным членом ЕС. И весьма проблематично восстановить границу, существовавшую до того, как Великобритания и Ирландия присоединились к ЕС.

Ирландия была разделена в 1921 году после войны за независимость, которая переросла в гражданскую войну. Шесть северных графств остались в составе Соединённого Королевства, а остальные сформировали Ирландскую Республику. Тени истории тяжело влияли на отношения между двумя частями Ирландии, а также между Дублином и Лондоном, и ещё сравнительно недавно демонстрировали либо открытую враждебность, либо просто холодность по отношению друг к другу.

Население Ирландии преимущественно католическое, в то время как на Севере господствуют протестанты. Север заявил о преданности британской короне, а в Ирландии пришли к власти ярые республиканцы. В течение Второй мировой войны Ирландия оставалась нейтральной, что в Великобритании всё ещё считают одним из своих лучших дипломатических достижений. Так называемая «смута» – 30 лет гражданских беспорядков с конца 1960-х годов – представляла собой борьбу католиков за равные права и являлась отголоском неразрешённой гражданской войны.

Вступление в ЕС обеих стран в 1973 году, Соглашение Страстной Пятницы от 1998 года и государственный визит королевы Елизаветы в Ирландию постепенно способствовали нормализации отношений, а проблемы границы и гражданства в конечном счёте были отодвинуты на второй план. В течение последних двадцати лет граница между Великобританией и Ирландией стала больше номинальной, чем реальной. Долгосрочное соглашение о едином иммиграционном пространстве обеспечивало проезд без предъявления паспорта, в то время как единый рынок ЕС способствовал свободному перемещению товаров. Сегодня единственный способ узнать, что вы переехали из одной части Ирландии в другую – это вывеска, объявляющая о въезде в новое графство, а расстояние указано в милях, а не в километрах.

Распределение голосов жителей Северной Ирландии на референдуме о членстве в ЕС. Источник: BBC

После Brexit будет покончено с той структурой ЕС, которая способствовала свободному перемещению товаров. Обе стороны заявляют, что единое иммиграционное пространство будет сохранено, однако именно проблема миграции оказала большое влияние на итоги голосования по Brexit, и, возможно, будет принято решение, чтобы сухопутная граница между Ирландией и Великобританией больше не считалась слабым местом в системе безопасности Великобритании.

Что делать с границей? Сейчас этот вопрос является большим препятствием для дружеского развода между Великобританией и ЕС. Если Северная Ирландия не получит какой-то особый статус, который позволил бы ей «уйти и остаться» в ЕС при сохранении нормативов Евросоюза, которые не будут действовать в остальной части Великобритании, то тогда должна быть создана своего рода таможенная граница, разделяющая Северную Ирландию и Республику. Соглашение Страстной Пятницы, которое принесло мир в Северную Ирландию, во многом зависит от того, что будет с границей. Любые изменения угрожают функционированию этого важного соглашения. Волнения в двух главных городах Северной Ирландии – Белфасте и Дерри / Лондондерри – этим летом стало напоминанием о том, к чему всё это может привести.

Недавно я посетила Дерри / Лондондерри (двойное название, отражающее разделённое население города) чтобы попытаться оценить царящие там настроения, так как время до Brexit в его истинном понимании неумолимо сокращается. Я обнаружила повсеместное уныние, граничащее с отчаянием. Ни протестанты, ни католики не видят реальной возможности сохранить открытую границу с Ирландией, и многие опасаются экономического кризиса, потерь рабочих мест, сокращения инвестиций и возобновления насилия в случае обострения межобщинных противоречий.

Как ни странно, это, по-видимому, привело к возобновлению дискуссии, которая до недавнего времени считалась табу: о возможности объединения Северной Ирландии с Республикой. Вряд ли такое произойдёт в ближайшее время, хотя нет ничего невозможного, тем более что референдум по этому вопросу предусмотрен в Соглашении Страстной Пятницы. И правительство в Дублине вполне может иметь свои виды в отношении шести северных графств, где развита экономика, но есть воинствующее протестантское и пробританское большинство, которое в случае объединения станет меньшинством.

Перспектива объединения Ирландии и Северной Ирландии уже не выглядит такой немыслимой, как раньше. В течение двадцати лет после подписания Соглашении Страстной Пятницы уже произошло определённое сближение, в том числе между людьми – особенно в приграничных районах. В обеих частях Ирландии произошли изменения. Власть церкви в Республике резко ослабла, и социальный климат стал столь же либеральным, как и в большей части Великобритании. Именно Северная Ирландия, где однополые браки и аборты по-прежнему запрещены, остаётся консервативным лидером.

Но признаки жёсткой корректировки отношений между религией и политикой, похоже, также появились и на Севере. Одно время казалось, что католики с их более высокой рождаемостью должны демографически превзойти протестантов. Однако этого пока не произошло. Тем не менее на всеобщих выборах в Великобритании (2017 год) протестантские партии выиграли меньше мест, чем в совокупности другие. И хотя кампания референдума о Brexit велась в основном по линии протестантов и католиков, соотношение голосов 56–44 процентов за то, чтобы остаться в ЕС, свидетельствует о том, что в Северной Ирландии довольно много протестантов поддержали католических сторонников ЕС.

К сожалению, эти изменения, которые имеют огромное значение для будущего обеих частей Ирландии, отошли на второй план после всеобщих выборов в Великобритании в 2017 году. Столкнувшись с потерей правительственного большинства, Тереза Мэй была вынуждена заручиться поддержкой депутатов от протестантской Демократической юнионистской партии (ДЮП). Ярые сторонники Brexit, депутаты от ДЮП имеют рычаги влияния не только в парламенте, но могут воздействовать и на переговоры по Brexit, а это намного больше уровня их поддержки непосредственно в Северной Ирландии.

Разумеется, любые изменения в статусе Северной Ирландии встретят яростное противодействие со стороны ДЮП, не говоря уже о британском консервативном правительстве. Так что вопрос об ирландском единстве в настоящее время обсуждается на Севере лишь кулуарно и гипотетически: как побочный продукт Brexit, который не упоминался в ходе кампании референдума о выходе из ЕС и только изредка возникал в ходе дискуссий о будущем после Brexit.

Хотя я и недолго была в Северной Ирландии, но всё же не исключаю такую возможность в долгосрочной перспективе: как ни странно, объединение Ирландии может произойти даже несколько раньше, чем мы ожидаем. Brexit навсегда меняет конфигурацию ЕС. То, что не принималось во внимание по обе стороны Ла-Манша, в конечном счёте может изменить и конфигурацию Великобритании. Изменения могут начаться и с Шотландии. Как бы то ни было, мы, вероятно, сможем наблюдать закат Северной Ирландии как провинции Великобритании и зарю объединённой Ирландии.

Мэри Дежевски

Заглавное фото: Sky News

Источник

В рубрике: Политика Метки: , , ,

Похожие записи:

Просуществует ли Европейский союз до 2025 года? Просуществует ли Европейский союз до 2025 года?
Испания: Гибралтар принадлежит нам, а не британцам Испания: Гибралтар принадлежит нам, а не британцам
«В капкане брекзита». Сможет ли Лондон договориться с Брюсселем? «В капкане брекзита». Сможет ли Лондон договориться с Брюсселем?
Страхи канцлера. Как уход Меркель изменит Германию Страхи канцлера. Как уход Меркель изменит Германию

Добавить комментарий

Submit Comment
© 2017 Политанализ.com. Все права защищены.