Москва и Астана: ни вместе, ни врозь

Апрель 2018-го стал для Москвы месяцем неприятных сюрпризов от своего важнейшего стратегического союзника — Астаны. 14 апреля Казахстан не поддержал проект резолюции России с требованием осудить и прекратить агрессию в отношении Сирии и воздержался при голосовании в Совете Безопасности ООН. А спустя две недели верхняя палата парламента Казахстана ратифицировала протокол, который позволяет использовать порты Курык и Актау на Каспийском море для переброски американских военных грузов в Афганистан.

И если на позицию Астаны при голосовании в Совете безопасности ООН Москва реагировала довольно сдержанно, то «открытие» Казахстаном для США двух своих портов на Каспии — Актау и Курык — вызвали откровенное раздражение как в Кремле, так и в близких к нему экспертных кругах и провластных средствах массовой информации.

Накал недовольства в Москве, вызванный этим решением Астаны, а также откровенно недружелюбное и предвзятое освещение произошедшего в российских СМИ приобрело такой характер, что посольство Казахстана в России вынуждено было выступить со специальным заявлением.

Казахстанские дипломаты справедливо указали на то, что сама Россия ранее заключала аналогичное соглашение с США и принимала участие в поставках специальных грузов, под которыми понимается специальная техника без вооружений. И в отношении данной части заявления вполне уместно отметить, что, напоминая Москве о ее сотрудничестве с США в данном вопросе, посольство Казахстана проявило максимальную сдержанность. В частности, воздержалось от воспоминаний о том, как нынешний вице-премьер Дмитрий Рогозин лоббировал создание транзитной базы НАТО в Ульяновске. А еще раньше, накануне вторжения США в Афганистан в рамках операции «Несокрушимая свобода» Москва приложила все усилия для того, чтобы Киргизия и Узбекистан дали согласие на размещение на своей территории аэродромов для ВВС США и членов коалиции ISAF.

Москва прекрасно поняла прозвучавший в заявлении казахстанского посольства намек, и пропагандистская кампания против решения Астаны была стремительно свернута.

Касаясь истории  вопроса с ратификацией протокола, необходимо отметить, что само Соглашение между Казахстаном и США о транзите военных грузов для проведения операции в Афганистане — железнодорожным и воздушным путем — действует с 2010 года. Причем, данный транзит является коммерческим, то есть США платят Казахстану за услуги транспортировки.

С 2013-го года между Астаной и Вашингтоном начались переговоры о возможности использования каспийского порта Актау как транзитного пункта переброски грузов, которые с разной степенью интенсивности велись несколько лет. И закончились 21 сентября 2017-го года подписанием в Нью-Йорке Протокола о внесении изменений в действующее между Казахстаном и США «Соглашение о транзите», текст которого приводится ниже:

«Пункт 2 статьи 3 Соглашения изложить в следующей редакции:«2. Коммерческий железнодорожный транзит специального груза и сопровождающего персонала должен проходить через следующие контрольно-пропускные пункты:

а) Из Российской Федерации/в Российскую Федерацию: Илецк/Жайсан;

б) Из Республики Узбекистан/в Республику Узбекистан: Сары-Агач/Келес и/или Бейнеу/Каракалпакия;

в) Из Республики Казахстан/в Республику Казахстан: порт Актау;

г) Из Республики Казахстан/в Республику Казахстан: порт Курык».

Таким образом, в результате изменений, предусмотренных данным протоколом, официально утверждается новый, альтернативный ранее существовавшему, маршрут транзита специальных грузов материального обеспечения контингента США и ISAF в Афганистане — с территории Азербайджана через Каспий в Казахстан, далее железнодорожным транспортом в Узбекистан и Афганистан. Официально в американских документах этот новый маршрут называется «модифицированным вариантом Северной распределительной сети».

Причем, по заявлениям представителей Государственного департамента и министерства обороны США, причиной его появления стала «военно-политическая нестабильность и разногласия в двусторонних отношениях с Пакистаном», через который к настоящему времени проходил основной маршрут обеспечения американских и международных сил в Афганистане.

При том, что в официальных заявлениях казахстанской стороны в отношении Протокола о внесении изменений в Соглашение с США о транзите присутствует стремление преуменьшить военно-политическое значение этого документа, не вызывает сомнений, что его ратификация и последующее подписание президентом Нурсултаном Назарбаевым создает определенную угрозу сложившейся архитектуре безопасности на Каспии. Прежде всего потому, что вновь возвращает этот регион в зону интересов США.

Более того, подписание данного документа означает окончательное оформление вокруг Каспийского моря кооперации Казахстана, Азербайджана, Узбекистана и Грузии по доставке военных грузов США в Афганистан. Что в свою очередь, формирует здесь новый военно-политический вызов для России и Ирана.

Было бы глубоким заблуждением считать, что Астана взяла курс на разрыв с Москвой. Можно с уверенностью сказать, что пока жив Назарбаев — союз с Россией останется незыблемой константой внешней политики Казахстана. Да и его преемникам неизбежно придется учитывать те сложившиеся политические, экономические и гуманитарные связи с Россией, которые Астана попросту не сможет игнорировать.

Однако, чем дальше, тем очевиднее становится то обстоятельство, что тесный союз с Москвой накладывает все больше обременений на Казахстан. И потому стремление уйти от этих обременений, пересмотреть условия сложившегося союза — становится вполне ожидаемой и логичной реакций казахстанских политических и деловых элит на происходящие в последние годы события.

Российской стороне еще предстоит осознать, что Астана все больше заинтересована в том, чтобы занимать отличную от Москвы позицию по ряду внешнеполитических вопросов, что прежние отношения Казахстана с Россией, когда Москва навязывала схему «старший и младший партнер» — безвозвратно уходят в прошлое. На смену им окончательно приходит более прагматичная позиция Астаны — максимальное дистанцирование от конфликта России с Западом, демонстрация самостоятельности в оценках основных международных проблем и стремление монополизировать положение модератора в диалоге Центральной Азии с внешними игроками. Речь не идет о разрыве Астаны с Москвой, но теперь статус Казахстана из «союзника» начнет постепенно трансформироваться в «партнера».

Причем, эти новые задачи во внешней политике для Астаны гораздо приоритетнее, чем даже военно-политические обязательства перед остальными членами ОДКБ.

Ну и, наконец, как показала история с ратификацией Протокола о внесении изменений в Соглашение с США о транзите, Астана — как, кстати, и все остальные государства Центральной Азии, полностью поддерживает американское присутствие в Афганистане. Вполне обоснованно полагая, что если не США не будут поддерживать стабильность в этой стране, то больше этого делать не сможет никто.

Игорь Панкратенко

Источник

В рубрике: Политика Метки: , , ,

Похожие записи:

Инцидент с российским самолётом не должен помешать общим интересам России и Израиля Инцидент с российским самолётом не должен помешать общим интересам России и Израиля
В объятия «Азиатского энергетического суперкольца» В объятия «Азиатского энергетического суперкольца»
США и «Троеморье» – всё дело в газе США и «Троеморье» – всё дело в газе
Торговая война – лишь часть американской стратегии сдерживания Китая Торговая война – лишь часть американской стратегии сдерживания Китая

Добавить комментарий

Submit Comment
© 2017 Политанализ.com. Все права защищены.